Рассылка весеннего предзаказа.
+7 (495) 646-86-61

Переводы на ладони (из газеты Ortu Solis, #1 (1), 2018)

О Японии, о профессии, о дожде

22.01.2020
Переводы на ладони

Почему переводы на ладони?

Потому что это ассоциация с циклом «Рассказы на ладони» нобелевского лауреата по литературе Ясунари Кавабаты. Он, то ли сознательно, то ли нет, перепевал традиционный жанр эссе «дзуйхицу» (кто же из поклонников Японии не читал средневековые «Записки у изголовья» или «Записки от скуки»?) и строил свои рассказы по принципу стихотворных «рэнга» — цепочек, соединённых между собой ассоциациями.

Написать что-нибудь о Японии? Двадцать пять лет жизни с Японией. Но не в ней. В Японию раз в год, по разу с каждым витком вокруг Солнца, но иногда — виток без Японии. Две трети шкафа японских книг, половина записной книжки японских имен, японские новости с утра за чашкой кофе, японский сериал по выходным перед сном. Тысячи и тысячи страниц переводов с японского, несколько книжных полок, если выставить в ряд все свои работы. Лукавлю: много манги, но много и прозы. Современной и не очень. Броня трех тысяч иероглифов давно пробита. Не выдержали натиска. До пункта назначения все те же восемь тысяч километров, что и раньше, если идти по прямой. Самолетом дальше, хотя и быстрее. Но с годами и технологиями расстояние словно бы уменьшилось. Тоже не выдержало.

Что за страна Япония? При внешней фотогеничности — это просто страна, просто люди, просто язык, просто инструмент для сообщения тех эмоций и мыслей, которые могут запросто прийти в голову человеку, живущему в другом месте и в другое время. Хотя в Японии необыкновенно вкусная еда! Особенно спаржа и пенки бобового молока.

Сложно ли выучить японский язык? Так же сложно, как стать хорошим врачом или хорошим физиком. Любая компетенция — это усилия помноженные на время. Не верю тем, кто говорит про отсутствие способностей к языкам. Нет времени, нет усилий — нет языка. Но для сильных духом есть приятный бонус. Каждый новый язык — это новая грань твоей личности. Чем больше языков, тем больше граней. Полиглоты — не люди, а бриллианты, искренне им завидую. А я нравлюсь себе, когда переливаюсь японской гранью. Становлюсь смелее, ироничнее и играю словами. Могу задать вопрос, который бы никогда не рискнула задать на другом языке.

Кто такой переводчик? Улитка с домиком. Ползет она по склону или отдыхает на полпути, уже не важно. Невозможно оставить домик, даже когда закрыта рукопись. Домик повсюду волочится за тобой, пока не настигнет озарение, пока не проснёшься от того, что вот оно, нашлось нужное слово, нужная фраза. Переводчик — это хорошая, но кратковременная память. Мучаешься, горишь, бьешься с трудным абзацем, находишь решение, а через пару лет с трудом вспоминаешь содержание книги.
Сложно ли переводить с японского? Как в компьютерной игре, на каждой развилке нужно принять какое-то решение, но в конце, скорее всего, будет надпись game over, и ты проиграешь, потому что невозможно быть правым на 100%. Текст имеет сто процентов смысла только на том языке, на котором создан. Потому что сами слова этого языка, их нюансы и внутренние связи, являются ста процентами для этого конкретного текста. Переводчик всегда создаёт копию, которая не должна превзойти оригинал. А если превзойдёт, значит, переводчик не справился с задачей.

С чем ассоциируется Япония? Весной белый и розовый зефир лепестков разлетается и покрывает ковром каналы. Летом назойливые цикады и бенгальские огни «сэнко-ханаби» — держишь мягкий жгут запалом вниз, и там разлетаются искры. Потрескивают чуть слышно. Закусываешь жареным кальмаром на палочке. Осенью надо в храм. Можно буддийский. Можно и о душе не думать. В носках походить по отполированным до черного блеска полам. Почувствовать Японию подошвами ног. Зимой холодный влажный воздух, которым хочется надышаться до гипервентиляции легких. И круглый год чуть уловимый запах стирального порошка и чего-то горелого в воздухе.

Бывают ли непереводимые слова или фразы? Звукоподражательные слова не всегда найдут синонимы в русском, хотя, если подумать, не всё так плохо. Начинается дождь, накрапывает дождичек, «поцу-поцу», а вот и падают первые капли дождя «пара-пара», между тем капли сливаются в морось, мелкий дождик моросит «сито-сито», а вот потом льёт, как из ведра, зарядит обложной дождь, с неба потоки воды, начинается ливень «дзаа-дзаа». Неплохо. А ведь в русском есть еще косохлёст, грибной дождь да ситничек. Вот уже тут пожалеешь переводчиков-японцев, переводящих с русского.

Екатерина Рябова
переводчик японской художественной (и не очень) литературы
специально для газеты Ortu Solis (выпуск № 1 (1), 2018, издательство «Истари комикс»).

К другим записям